Следственный комитет России вряд ли даст ход заявлению правозащитников по поводу угроз Кадырова, поэтому факт подачи этого заявления является символическим жестом. При отсутствии реакции со стороны властей на эти угрозы подчиненные Кадырова могут воспринять их как руководство к действию, считают опрошенные “Кавказским узлом” правозащитники.

Как писал “Кавказский узел”, 22 ноября Правозащитный центр “Мемориал” и Московская Хельсинкская группа направили председателю Следственного комитета России Александру Бастрыкину заявление, в котором отметили, что призывы к убийству, озвученные Рамзаном Кадыровым, подрывают авторитет власти и могут быть восприняты подчиненными главы Чечни как руководство к действию. Они попросили главу Следкома провести проверку слов Кадырова.

4 ноября Рамзан Кадыров на совещании в правительстве Чечни потребовал “убивать, сажать и запугивать” авторов негативных материалов о республике и пользователей соцсетей, комментирующих эти материалы. Позднее Кадыров попытался оправдаться, пояснив, что угрозы побить и убить соответствуют адатам и не должны восприниматься буквально. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков отказался давать оценку угрожающим высказываниям главы Чечни.

Срок рассмотрения заявления в следственные органы в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации составляет от трех до десяти суток, однако при необходимости документальной проверки он увеличивается до месяца, сказала 26 ноября корреспонденту “Кавказского узла” юрист Правозащитного центра “Мемориал” Галина Тарасова, комментируя отправку заявления правозащитников в Следственный комитет России.

“Месяц может понадобиться, допустим, из-за того, что заявление Кадырова было сказано на чеченском языке, и потребуется официальный его перевод”, – сказала она.

По словам Тарасовой, достаточно распространена и практика, при которой заявление могут передать в правоохранительные органы Чечни.

“Это абсолютно не исключено. Более того, наше заявление может быть вообще не зарегистрировано, как сообщение о преступлении, а будет получена отписка, что “на ваше обращение сообщаем то-то”. Со стороны следственных органов это частое явление, когда заявление о преступлении регистрируется просто как обращение. Но это нельзя считать законными действиями следственных органов”, – пояснила она”.

По её словам, последующие пояснения Кадырова о понимании его слов выглядят не очень убедительными.

Поскольку когда на заседании правительства должностное лицо такого уровня заявляет такие вещи, это не может объясняться какими-то бытовыми моментами – то как мать ругается на ребёнка за какие-то шалости и тому подобное. Это совершенно неуместные объяснения за угрозы на официальном уровне. Нужно либо сначала думать, что говорить, либо нести какую-то ответственность за высказывания. Основания предъявить претензии к главе Чечни, несомненно, есть”, – считает Тарасова.

“Есть такие кнопочные герои, у которых по десять страниц и более. Не пишите ничего, что задевает достоинство. […] Все эти сплетни и провокации для того, чтобы меж нами не было согласия. А если тех, кто это всё распространяет, мы не будем убивать, сажать и запугивать, то они не остановятся”, – заявил 4 ноября Кадыров, слова которого перевел на русский язык “Кавказский узел”.

Стиль высказываний Кадырова уже стал примером для подражания, и вот уже начальник полиции Аргуна то ли в шутку, то ли всерьез рассуждает об эффективности “пули в ногу” как метода воздействия на взгляды и поведение, говорится в статье “Кавказского узла” “Мы не людоеды”: что на самом деле сказал Кадыров”, где приводится дословный перевод той самой речи Кадырова и проверяется, действительно ли слова главы Чечни были искажены в прессе.

Решение по Кадырову принимает лично Путин

По словам адвоката Бориса и Жанны Немцовых Вадима Прохорова, сроки ответа от Следственного комитета России зависят от того, как оно юридически оформлено.

“Если это просто обращение, то до месяца. Если же это заявление о необходимости проверки должностного лица по конкретным преступлениям, то в соответствии с УПК сроки для ответа сокращённые”, – пояснил он корреспонденту “Кавказского узла”.

Однако, по его словам, вопрос здесь не столько в сроках рассмотрения заявления, сколько в сути ответа, потому что решение по уголовному преследованию будет принимать не следователь СКР и даже не глава Следкома Александр Бастрыкин, а первое лицо государства.

“Совершенно очевидно, что Кадыров находится под личной опекой Путина. И только глава РФ принимает решение в отношении главы Чечни. И транслируются эти решения через… Бастрыкина”, – полагает адвокат Жанны Немцовой.

Он напомнил про безрезультатные попытки добиться розыска по делу Немцова Руслана Геремеева, близкого к руководству Чечни.

Московский окружной военный суд 13 июля 2017 года признал Заура Дадаева, Анзора Губашева, Шадида Губашева, Тамерлана Эскерханова и Хамзата Бахаева виновными по делу об убийстве Бориса Немцова и приговорил их к срокам от 11 до 20 лет. В деле об убийстве Немцова фигурируют чеченские офицеры Руслан Геремеев, его водитель Руслан Мухудинов и убитый при задержании Беслан Шаванов. Следствие считает Руслана Мухудинова заказчиком убийства, однако адвокат потерпевших Вадим Прохоров в интервью “Кавказскому узлу” высказал версию, что организатором убийства Бориса Немцова был Руслан Геремеев. На “Кавказском узле” опубликована статья “Чеченский след в убийстве Немцова”.

При этом Прохоров отметил, что заявление могут “спустить на тормозах”, причем по-разному, и совершенно необязательно для этого передавать его в филиал СКР в Чечне.

“Например, сказать, что нет оснований. Или можно вспомнить о том, что, когда в 2016 году на странице Кадырова в прицеле были Касьянов и Кара-Мурза, из правоохранительных органов пришел ответ, типа, это надо понимать иносказательно. Исходя из иерархии СКР, нет необходимости спускать в Чечню. В Москве сами постараются найти подходящий ответ”, – подчеркнул Прохоров.

1 февраля на странице Кадырова в Instagram было опубликовано видео, в котором на председателя партии ПАРНАС Михаила Касьянова наложен фильтр, имитирующий прицел винтовки. Касьянов в связи с этой публикацией заявил о прямой угрозе убийством ему как государственному деятелю. Он и заместитель председателя партии ПАРНАС Владимир Кара-Мурза-младший, который также был на видео, размещенном Кадыровым, подали жалобы на Кадырова в Следственный комитет и ФСБ. 13 марта Касьянов сообщил, что ФСБ не нашла признаков преступления в ролике, а Следком передал жалобу в следственные органы Чечни.

По словам Прохорова, главное, однако, добиться не просто ответа, а постановления об отказе от привлечения к уголовной ответственности. “И такое постановление можно будет обжаловать суде в порядке 25 статьи УПК. А в суде может удастся привлечь больше внимания к этому. Я сам буду готов принять участие в таком процессе”, – пообещал он.

Заявление в Следком – важный и символический жест

Само по себе заявление не сможет повлиять сильно на расклад сил в Чечне, но имеет символическое значение, отметил сопредседатель Московской Хельсинкской группы Дмитрий Макаров, который является одним из подписантов заявления в Следком.

“Нам показалось важным обозначить свою позицию. Потому что, на наш взгляд, идёт явное и систематическое пренебрежение требованиями закона. И это не должно оставаться безответным со стороны правоохранительных органов. Я подписал из солидарности с коллегами, но, честно скажу, конкретную стратегию действий пока не обсуждали. Я не являюсь специалистом по Кавказу, но мне показалось важным поддержать требования коллег и их позицию”, – сказал он корреспонденту “Кавказского узла”.

По его мнению, в случае если не будет ответа в установленные законом сроки, то нужно ставить вопросы о бездействии.

“Такого рода заявления не должны оставаться безнаказанными. Но по факту они остаются, и мы живем в такой системе, где глава республики творит беспредел, и ему всё сходит с рук. Противодействовать очень сложно. Безнаказанность силовиков в целом по России является системной проблемой. А тем более в Чечне. Поэтому я далёк от иллюзий, что наше заявление кардинально изменит ситуацию. Но это важный и символический жест. Нужно обсуждать дальнейшие реальные шаги по этой проблеме”, – резюмировал Макаров.

Правозащитники считают, что угрозы Кадырова звучали в их адрес

Если Следственный комитет России откажет в возбуждении уголовного дела из-за угрожающих заявлений Кадырова, это лишний раз покажет ситуацию, когда главе одного из регионов позволительно все, в том числе сходят с рук злостные нарушения норм закона, считает член совета Правозащитного центра “Мемориал” Олег Орлов.

“Об этом мы пишем, будем писать, будем сообщать на разных международных площадках, в структурах, защищающих права человека. Для этого нужны доказательства. Мы заняты сейчас именно тем, что собираем их”, – заявил он корреспонденту “Кавказского узла”.

Утверждать, что Кадыров нарушает закон, нужно с фактами на руках, отметил Орлов. Он отметил, что правозащитники внимательно изучили высказывания Кадырова и считают, что в них звучат угрозы непосредственно в их адрес.

“Мы понимаем, в чей конкретный адрес те слова сказаны. Он (Кадыров) говорил, что “они” утверждают, что “мы всех убиваем, а потом, оказывается, находят людей и спрашивают: “Вас убили? Нет, не убили”… Давайте сопоставим с делом 27, когда “Мемориал”, другие правозащитники, “Новая газета” писали о внесудебных казнях. Москалькова приезжала тогда в Чечню, и ей предъявили якобы двух из названных людей — Мускиева и Юсупова, которые уверяли, что их не задерживали, и никто их не убивал. Но правозащитники на следующий день уже заявили, что это враньё, фальсификация, и что показали не убитых, а братьев их”, – сказал Орлов.

“Большинство газет и всевозможных правозащитных организаций пишут о том, что мы здесь всех убиваем, но даже когда представляешь им факты, показываешь этих самых людей живыми, они бессовестным образом продолжают нас обвинять. И никто не говорит им: “Я не буду тебя больше читать. Ты же утверждал(а), что того казнили или убили, а сегодня, когда мы видим этого человека живым, ты, не стесняясь, продолжаешь обвинять руководство”, – пожаловался участникам совещания Рамзан Кадыров.

Орлов назвал поданное в СКР заявление “профилактической мерой”.

“Если возбудят уголовное дело, что маловероятно, но это будет прекрасный результат”, – сказал он, но отметил, что при отсутствии реакции со стороны СКР окружение главы Чечни может проявить инициативу во исполнение слов Кадырова.

“При этом не обязательно, чтобы были прямые указы. Достаточно того, что он сказал, что нужно “выявлять” таких врагов. И чиновники, силовики будут в своей мере проявлять инициативу”, – подчеркнул Орлов.

Спустя 10 дней после выступления Кадырова начальник полиции Аргуна Алихан Цакаев в шутливой форме на своей странице в Instagram прорекламировал эффективность “щелчка предохранителя” и “пули в ногу” как методов воздействия на взгляды и поведение. В современных реалиях Чечни такой пост не воспринимается как шутка, указали блогер Тумсо Абдурахманов, пользователи Instagram и опрошенные “Кавказским узлом” жители Чечни.

Напомним, что в августе 2018 года Рамзан Кадыров объявил правозащитников врагами жителей Чечни, которые выступили с критикой работы силовых структур после нападений на полицейских в республике. В своем выступлении перед силовиками Кадыров поставил правозащитников в один ряд с боевиками и запретил им посещать Чечню.

“Пусть меня осуждает все мировое сообщество! <…> Они продажные, и у них нет другой цели, кроме как усугубить ситуацию в Чечне, как бы нанести нам побольше вреда. Для меня они как террористы, экстремисты… Их приглашают, вручают награды в Америке <…> но мои права они не защищают”, – перевела на русский язык слова Кадырова “Новая газета”.

Эти слова Кадырова несут реальную угрозу для правозащитников и журналистов, так как приближенные главы Чечни воспримут их как сигнал к действиям, озвучили тогда “Кавказскому узлу” свои опасения председатель Комитета против пыток Игорь Каляпин и руководитель комитета “Гражданское содействие” Светлана Ганнушкина.

Руководство Чечни и лично Рамзан Кадыров “подавляют малейшие проявления инакомыслия” в республики, заявили в августе того же года в обращении к Владимиру Путину правозащитные организации Human Rights Watch, Amnesty International и Front Line Defenders.

Оригинальный источник: Кавказский Узел