Проблема женского обрезания особенно остра в Дагестане, где этой калечащей операции ежегодно подвергаются около 1240 девочек. В Ингушетии это практикуют члены братства баталхаджинцев, в Чечне обрезанных можно найти среди пожилых женщин, говорится в материале издания “Это Кавказ”.

Как писал “Кавказский узел”, жительница Чечни добилась возбуждения в Ингушетии уголовного дела об умышленном причинении легкого вреда здоровью ее девятилетней дочери. Женщина утверждает, что бывший муж без ее ведома отвел девочку в клинику в Магасе, где ей сделали обрезание. Детский гинеколог провела над девочкой хирургическую манипуляцию, но это не было женским обрезанием, заверил руководитель клиники. За обрезание девочки в Ингушетии могут нести ответственность как врач, который провел операцию, так и руководство клиники, предположили опрошенные “Кавказским узлом” юристы.

Женское обрезание – жестокая, калечащая практика повреждения женских половых органов, нарушающая права человека на здоровье, безопасность и телесную неприкосновенность. В настоящее время в мире насчитывается примерно 140 миллионов девушек и женщин с последствиями женского обрезания, говорится в справке “Кавказского узла” “Женское обрезание на Кавказе”. В ней также собрана информация о типах женского обрезания, его распространении и последствиях для здоровья, а также об отношении к этой практике в исламе.

Проблема женского обрезания имеет неодинаковую остроту в Ингушетии, Чечне и Дагестане, указано в статье Аиды Гаджиевой “Запретная тема: почему в Ингушетии не хотят говорить о женском обрезании”, опубликованной 18 июня на сайте “Это Кавказ”.

Жительница Чечни, добившаяся возбуждения уголовного дела об обрезании, рассказала, что и сама прошла через эту процедуру, когда выходила замуж в Ингушетии. По ее словам, это было обязательное условие для вступления в брак, выдвинутое стороной жениха. По данным источников издания, он является членом влиятельного в Ингушетии братства баталхаджинцев, которое и практикует женское обрезание.

Отец девочки, которой провели обрезание в Ингушетии, и врач клиники, где была выполнена процедура, принадлежат к братству баталхаджинцев, которое практикует эти калечащие операции, сообщила ранее и “Медиазона”. Опрошенные “Кавказским узлом” врачи заявили, что женское обрезание не является обычной практикой в клиниках Дагестана и Ингушетии, но есть возможность сделать такую операцию скрытно.

Дальняя родственница женщины, Седа, отметила, что практика женского обрезания обычно не получает огласки. “Особенность ситуации в том, что обрезание было сделано девочке, которая не живет с отцом, без ведома ее матери. Если бы это случилось в браке, об этом бы никто не узнал. В этом и заключается главная беда большинства преступлений на Кавказе: о них не говорят, они считаются нормальными вещами, и никто в них нарушений прав человека не видит”, – приводятся слова Седы в публикации.

Тема женского обрезания на Кавказе табуирована, причем это касается даже научных работ, признала чеченский этнограф Зулай Хасбулатова.  “Я знаю, что эта процедура в нашем обществе была. Бабушки рассказывали, что до депортации им это делали. Может, надо бы не обходить такие темы в исследованиях, но я про такие интимные вещи в своих работах не пишу”, – сказала она.

В Чечне только одна из 50 женщин, опрошенных журналистом “Это Кавказ”, сообщила, что обрезана. Аминат 69 лет, этой операции она подверглась еще в детстве. Обрезание делала местная “бабушка”. “Я и своих дочерей и племянниц к этой бабке водила, но она успела только одну посмотреть — сказала, что у нее <…> ангел нужный кусочек уже отрезал. А другие девочки испугались и убежали. Я бы и современным женщинам советовала это делать. Говорят, если эту штуку не убрать, она в Судный день будет волочиться по земле, и все ее будут видеть”, – заявила Аминат.

При этом в Дагестане и сейчас есть села, где тотально практикуется женское обрезание, сообщила президент Центра исследований глобальных вопросов современности и региональных проблем Саида Сиражудинова. По ее словам, ежегодно около 1240 девочек в возрасте до трех лет становятся жертвами подобных калечащих операций. Исследователь подчеркнула, что это не точные цифры, поскольку официальной статистики на этот счет нет.

Дагестанские богословы уклоняются от вынесения ясного суждения по вопросу о женском обрезании, посетовала местная активистка, редактор журнала “Даптар” Светлана Анохина. “Я даже встречалась с женой муфтия, она меня внимательно выслушала, сделала вид, что ничего об этом не знала, я сделала вид, что верю… И мы договорились, что муфтиятские богословы рассмотрят этот вопрос и выложат на сайте Духовного управления мусульман Дагестана свое решение. Позже на официальном сайте организации было опубликовано заявление, что «ни муфтият Дагестана, ни имамы на местах данным вопросом не занимаются»”, – рассказала Светлана Анохина.

Она отметила, что при этом муфтият рекомендовал желающим получить более подробную информацию статью, где отмечается, что “этот обычай совершенно незаслуженно называется варварским”, и объясняется, почему каждая женщина может мечтать об обрезании. “То есть муфтият, который мне обещал внести ясность в этот вопрос, еще раз сказал о необходимости и благе женского обрезания, правда, свел его к этой статье”, – приводятся слова Анохиной в материале “Это Кавказа”.

Росздравнадзор также уклонился от ответа на вопрос, допустимо ли женское обрезание, заявил Центр защиты пострадавших от домашнего насилия, требовавший закрыть клинику в Ингушетии после жалоб на проведение калечащей операции девятилетней девочке. Однако ранее, в декабре 2018 года, Росздравнадзор напомнил о запрете на обрезание девочек после проверки московской клиники, которая предлагала услугу “женского обрезания”, выполняемого “по религиозным и ритуальным мотивам”. Удаление клитора не входит в список разрешенных медуслуг, а такие операции над девочками содержат признаки уголовного преступления, заявило тогда ведомство.

Напомним, в Дагестане широкое обсуждение проблемы женского обрезания началось в августе 2016 года после публикации результатов исследования “Правовой инициативы”. Правозащитники отмечали, что калечащие операции на девочках совершаются при поддержке духовенства и рассматриваются населением как религиозная обязанность. По предварительной оценке авторов исследования, подобные операции были проведены над десятками тысяч женщин в Дагестане.

Большинство читателей “Кавказского узла” сочли женское обрезание калечащей и не соответствующей традициям ислама практикой, показал проведенный в 2018 году опрос “Дагестан – надо ли обрезать женщин?”.

Оригинальный источник: Кавказский Узел